Почему в СССР был дефицит продуктов и товаров, как люди с ним справлялись

В порядке очереди. Почему СССР выпускал всё, но при этом был дефицит?

Почему в Советском Союзе был дефицит, несмотря на то что промышленность била рекорды? И почему сегодня мы забыли про эту беду, хотя выпуск многих товаров ниже, чем в СССР? «АиФ» обсудил парадоксы советской экономики со старшим научным сотрудником Института российской истории РАН Романом Кирсановым.

Талон 1990 года, Ленинград. Фото: Wikipedia Commons

По статистике и по жизни

Алексей Макурин: Помню, в детстве, когда в гастрономе «выбрасывали» сливочное масло, мама ставила меня в очередь рядом с собой — в одни руки давали только одну пачку. А статистика говорит, что животного масла СССР производил больше, чем в США. Куда же оно девалось?

Роман Кирсанов: Рекорды по производству товаров народного потребления были только в официальной статистике. А в архивах, которые я изучаю, много документов, посвящённых припискам и сбоям в поставках. И особенно много сложностей было с продуктами питания. До 40% сельхозпродукции приходило в негодность из-за плохих условий хранения, транспортировки и переработки. А неритмичность в продажах, когда продукты то появлялись, то исчезали, была связана с тем, что торговля их придерживала, чтобы уложиться в норматив обеспечения запасами. Его нарушение грозило лишением премии и сокращением кредитов на новые закупки. Поэтому торги «выбрасывали» товар только тогда, когда его запасы пополнялись и появлялась уверенность, что норматив будет выполнен.

При этом уже в 1970 г. в стране образовался излишек денег в 4 млрд руб. И затем он только нарастал, достигнув пика в конце перестройки, когда темпы роста зарплат в 2 раза обгоняли рост расходов людей на покупки. Происходило это в силу того, что производство потребительской продукции в 70−80-е росло медленнее, чем доходы. При Горбачёве ситуацию усугубило ещё и то, что был сокращён импорт товаров массового спроса. Только в 1987 г. торговля недополучила товаров на 17 млрд руб. по сравнению с планом. Из 115 наименований, по которым в конце 80-х производилось наблюдение в 100 городах, лишь по 10 видам не было заметных перебоев в продаже. Понятно, что свободные деньги люди или несли в Сбербанк, или тратили на то, чтобы делать запасы. Возникал ажиотажный спрос. И спираль дефицита раскручивалась.

— Но удивительное дело: в магазинах Средней Азии были залежи книг, которые в Москве оторвали бы с руками. В Прибалтике — изобилие сортов сыра и колбасы. Как такое могло быть в пределах одного государства?

— Экономика была плановой, но региональные особенности план никогда не учитывал. Книг на русском языке в Узбекистане и Таджикистане просто было больше, чем могли бы купить местные жители. А в прибалтийских республиках до 70% сельхозпродукции производилось личными хозяй­ствами.

В каждом регионе был свой набор дефицитных товаров. В Ярославской области на рубеже 70−80-х гг. исчезали сахар, перловка, рыба, пряники, зубные щётки, вёдра. В Пензен­ской области не хватало детской одежды, в Сахалинской — телевизоров и радиоприёмников. Жители разных областей слали друг другу посылки и ехали отовариваться туда, где снабжение лучше. Удельный вес покупок, которые приезжие совершали в знаменитом московском ГУМ­е, составлял 60%.

Туфта от Госплана

— Но, говорят, при Сталине дефицита не было.

— Это так, обеспеченность торговли товарами соответ­ствовала тогда количеству денег у людей, да и зарабатывали они немного. Однако в 50-е гг. плановая экономика стала давать сбои. Шёл научно-технический прогресс, быстро расширялась номенклатура изделий: планировать сверху в штуках и килограммах производство каждого товара, и тем более каждой детали стало невозможно. Начали нарастать ошибки в оценке спроса и предложения. При Хрущёве, который обложил налогами личные подсобные хозяйства, резко снизилось производство в частном крестьянском секторе. Эти проблемы в планировании и перекосы в сельском хозяйстве стали первым толчком, который вызвал дефицит. Вдобавок в 1961 г. в ходе денежной реформы цены в госторговле были уменьшены в 10 раз. Но на колхозных рынках уменьшение составило только 5−6 раз. Директора предприятий смекнули, что через рынки продавать продукцию выгоднее, и туда потекли самые дефицитные и качественные товары.

— А зубные щётки тогда почему из магазинов исчезали? Их ведь на рынках не продавали.

— Это уже следствие другой реформы, которая началась в 1965 г. Чтобы повысить инициативу предприятий, их нацелили на увеличение валовой прибыли. Поэтому выпускать копеечную продукцию стало невыгодно. А чтобы получать премии за перевыполнение плана по валу, директора стали прибегать к разным ухищрениям. Например, в изделие вносились незначительные изменения, в результате чего оно получало статус нового и на него можно было повысить цену. Но в реальности выпускались те же маломодные вещи, которые никто не хотел покупать. Во время ревизий не раз выявлялись случаи, когда товары с индексом «Н» на самом деле оказывались старыми, а товары со знаком качества — некачественными. Известный экономист Виктор Белкин вспоминал, как своими глазами видел на обувной фабрике: туфли, которые торговля взять отказалась, сжигались.

Талоны 1991 года, Курган. Фото: Фото: Wikipedia Commons

— А фарцовщики за хорошие кроссовки драли втридорога. Что мешало промышленности выпускать товары, нужные людям?

— Правительство исходило из коммунистической ­установки, полагавшей, что по­требительская корзина ­советских граждан должна на 80% состоять из товаров, закрывающих первичные жизненные потребности. Кроссовки, джинсы и другие «излишества» в неё не входили. Их выпуск или не планировался вообще, или предприятия не могли найти материалы, обеспечивающие нужное качество. Торговля тоже слабо изучала спрос, направляя наверх искажённые заявки. В результате Госплан был неспособен понять, какие товары люди завтра захотят покупать. Как мне говорили его бывшие работники, они «гнали туфту». В нормальной экономике сигналы о том, что производить и продавать, подают цены. Если же постоянно мешать рынку устанавливать равновесную цену, например, «замораживать» их, как это было в советской плановой экономике, то будет неизбежно возникать дефицит или затоваривание.

— Когда социализм стал историей, ситуация изменилась зеркально. В 90-е гг. промышленность лежала в руинах, но в магазинах всё появилось. Что нас выручило?

— В ноябре 1991 г. была отменена госмонополия на внеш­нюю торговлю. В страну ­хлынул импорт, и торговля быстро удовлетворила товарный голод. Затем были разморожены цены, которые выросли многократно, а доходы людей упали. Спрос и предложение уравновесились. Эта модель экономики работает и сегодня. Купить можно что угодно — были бы деньги.

Дефицит продуктов в конце 80-х годов был создан искусственно

30 лет назад, с 1-го августа 1989 года сахар в Москве стали выдавать по талонам. «”Самогонщики” все скупили», – коротко объясняли представители власти жителям столицы. Но те лишь равнодушно пожали плечами. В Москве уже ввели нормирование продовольствия, а в провинции это произошло еще раньше. Народ отвык удивляться – все в огромной стране перевернулось с ног на голову. Приходилось уже не жить, а выживать.

У автора этих строк дома хранится картонный прямоугольник с фотографией и фамилией – карточка покупателя, удостоверявшая, что податель сего – москвич и имеет право нечто приобрести… Но чтобы купить, надо было еще отстоять в длинной очереди. И все время беспокоиться, – а вдруг то, за чем стоял, закончится?

Где-то среди книг лежат и несколько маленьких, голубоватых листочков. Это – талоны на продукты. Почему я их не использовал? Не помню. Зато не забыл, как жилось при талонах. Получали их в домоуправлении. В магазинах корешок с названием месяца и товара отрывали. Сначала люди возмущались: «Дожили…» Старики вспоминали войну и боязливо пришептывали: «Не ровен час, Америка на нас нападет…».

Потом все привыкли к талонам. И не горевали, а даже наоборот шутили, рассказывали анекдоты. Например, такой: «Что такое перестройка?» «Правда, только правда и ничего, кроме правды». Еще перестройку называли переломкой. И, на чем свет стоит, ругали генсека Горбачева, который потом стал президентом СССР.

В Москве были талоны на табак, водку, сахар, а в других городах – на все продукты и товары. Вечно что-то исчезало из оскудевших магазинов – то стиральный порошок, то мыло, то зубная паста. Но «из-под полы» все можно было достать.

Когда люди собирались за столом, с красочными подробностями рассказывали, как, где у кого отоваривались. Самыми интересными были рассказы про водку. За ней убивались – в прямом смысле слова. Как-то возле магазина я увидел мужика с окровавленной головой. Над ним колдовали врачи неотложки. Он счастливо улыбался и бережно ощупывал бутылки: «Слава Богу, не разбились…»

А что происходило в жизни?

Завершился вывод советских войск из Афганистана. Режиссер Любимов вернулся из эмиграции. Горбачев встретился с канцлером ФРГ Колем в Бонне. Произошли столкновения между грузинами и абхазами в Сухуми. Первым секретарем ЦК компартии Казахстана стал Назарбаев. Взорвался газопровод около Уфы: сгорели два пассажирских поезда, погибли 573 человека! На заседании секретариата Союза писателей СССР разрешили публиковать книги Солженицына. На XVI Московском кинофестивале один из призов завоевал итальянский фильм «Похитители мыла». Нет, это не про СССР…

Газеты писали о задержках зарплаты на предприятиях, нарастающем дефиците, да что толку? Советы и предложения экономистов не помогали. Продуктов по-прежнему не было. Между прочим, нехватка еды – большая ли, малая – была в СССР всегда, при всех правителях. Но все равно находилось, чем утолить голод. А тут – как отрезало: прилавки порой становились абсолютно чистыми. При них особенно нелепо выглядели продавцы, которые не знали, куда себя деть.

Народ стал наливаться злобой. Раньше тоску можно было залить водкой, а сейчас и ее не стало. Сухой закон, введенный в 1985 году, – большой привет 98-летнему Егору Кузьмичу Лигачеву! – продолжал действовать.

К большим очередям жителям СССР было не привыкать, но тут выросли такие длинные хвосты, что прошлое стало вспоминаться, как благостный сон.

Что же произошло, куда все подевалось? Ведь и бескрайние поля колосились, и богатые урожаи собирали, и многочисленные фабрики работали…

Все так. Более того, производство продуктов в СССР в конце 80-х годов увеличивалось! И никаких перебоев в пищевой промышленности не наблюдалось. Например, в 1987 году прирост производства по сравнению с 1980 годом в мясной отрасли составил 135 процентов, в маслосыродельной – 131, в рыбной – 132, мукомольно-крупяной – 123.

Неужели такой невероятный, просто дьявольский аппетит прорезался у жителей Советского Союза? Да, нет, конечно, Виной всему был откровенный, наглый саботаж. Он в итоге и развалил советскую империю. Точнее, это сделали те, кто хотел свалить коммунистов.

Бывший первый секретарь Московского городского комитета КПСС Юрий Прокофьев рассказывал:

«Есть документ: выступление будущего первого мэра Москвы Гавриила Попова на Межрегиональной депутатской группе, где он говорил, что надо создать такую ситуацию с продовольствием, чтобы продукты выдавались по талонам. Надо, чтобы это вызвало возмущение рабочих и их выступления против советской власти».

Начались проблемы с куревом. Тоже, как потом выяснилось, искусственные. Чуть не все табачные фабрики страны почти одновременно поставили на ремонт. При товарище Сталине это назвали бы «вредительством» с вытекающими отсюда последствиями. А тут – ничего. Демократия!

По свидетельству экс-председателя Совета министров СССР Николая Рыжкова, в Москву в большом количестве приходили составы с мясом, маслом, другими продуктами. Молодые ребята, студенты шли разгружать вагоны, а их встречали какие-то люди на подходе к станциям и говорили: «Вот вам деньги, уматывайте».

На железнодорожных станциях, в аэропортах, морских и речных и портах скопилось огромное количество грузов, доставленных из республик СССР и из-за рубежа, среди которых были и продукты. Если бы они поступили в магазины, социальную напряженность, которая неуклонно нарастала, удалось бы ослабить.

Увы, грузы попадали не на склады и прилавки, а в лапы торговой мафии, главари которой начали стремительно обогащаться. Именно тогда, в конце 80-х, они заработали свои первые миллионы. К тому же, значительно ослабли связи центра и союзных республик. Москва уже не имела прежнего влияния на периферию, поскольку коммунистическая партия, всегда бывшая безоговорочным авторитетом, теряла свое влияние.

Бывший вице-премьер правительства России Михаил Полторанин рассказывал: «Я встретил в Москве старого знакомого Теймураза Авалиани – его избрали народным депутатом СССР от Кузбасса. Он мне сообщил, что кто-то стремится спровоцировать в Кузбассе социальный взрыв. С чего он это взял?»

Было много признаков преднамеренного доведения шахтеров до бунта: задержка денежных средств, запрет на выдачу спецодежды и другое. Но особенно показательно исчезновение товаров с прилавков магазинов.

Сначала не стало мясной и молочной продукции, хлебных изделий. Народ загудел. Следом исчезло постельное белье, носки, сигареты, бритвенные лезвия. Затем не стало чая, стирального порошка, мыла. И все это в течение короткого времени».

Читайте также:  Что будет, если пить чай каждый день: 15 фактов

Когда в августе 1991 года случился путч ГКЧП, его глава Янаев и иже с ним «выбросили» в продажу продукты – сыр, колбасу, консервы. Значит, на каких-то складах они хранились?! Наверняка мятежники «выбросили» бы больше еды, но просто не успели. Если бы это произошло, москвичи, забыв о политических страстях, побежали по магазинам набивать сумки. И огромная толпа у Белого дома мгновенно бы исчезла.

Если бы народ хоть немного утолил голод, успокоился, увидел хотя бы небольшие ростки стабильности, Янаев со своими соратниками получил бы немалые шансы утвердиться в Кремле. Гласность – это, конечно, хорошо, но к ней бы еще супчик наваристый и бутерброд с колбасой…

В разные времена на баррикады звали не столько оглушительный барабанный бой и борьба за мнимые и явные идеалы, а стремление утолить голод, желание заполучить одежду поновее и жилье получше. Потом историки надували щеки и с умным видом рассказывали про то, что «верхи не могли, а низы не хотели жить по-старому», что «кризис назрел» и возникла «историческая необходимость». Все же было намного проще: ленивые, пресыщенные и впавшие в сытную дремоту правители просто забывали вовремя затыкать едой кричащие рты. Или надеялись на безграничное российское терпение.

И самодержавная Россия рухнула от саботажа и предательства. В феврале 1917 года был создан искусственный дефицит хлеба, чтобы всполошить, разгневать рабочих и их жен, замерзавших на ледяном ветру в гигантских очередях. Провокация удалась – народ с красными знаменами выплеснулся на столичные улицы. Великая Российская империя рухнула за три дня…

История повторилась через 70 лет. В конце 80-х годов в СССР стали припрятывать продукты. Магазины опустели. Разгневанный народ вылился на улицы Москвы.

Создалась взрывоопасная ситуация, но Горбачев отмахивался от тревожных слухов, донесений надежных людей. Он нервничал, метался, прятался в Форосе. А когда вернулся в Москву, дела были совсем плохи.

В декабре 1991 года Горбачев, узнав о результатах переговоров Ельцина, Кравчука и Шушкевича в Беловежской пуще, чуть ли не со слезами сообщил, что покидает свой пост президента СССР. Да и Советского Союза к тому времени уже не было.

На обломках великой державы начался пир новых властителей. 1 января 1992 года жителей России начали «лечить» гайдаровской «шокотерапией». Из каких-то таинственных закромов, а на самом деле тщательно припрятанные в горбачевские времена, появились отечественные и зарубежные продукты, деликатесы, элитное спиртное. Только стоило все это добро баснословно дорого. С каждым днем цены повышались – бешеными скачками, похожими на прыжки кровожадного зверя…

Почему в СССР был дефицит продуктов, и кому это было нужно?

В современном мире довольно часто можно услышать о том, что во времена Советского Союза у людей ничего не было. Якобы все проживали в нищете, в магазины редко завозили продукты, одежду, мебель и электронику, одну и ту же одежду носили по двадцать лет, а сами люди были доверчивыми и верили рассказам о скором светлом будущем.

Действительно, такие новости нередко можно услышать по телевидению и прочесть в средствах массовой информации, однако насколько все было грустно и печально, мы попробуем разобраться в нашем сегодняшнем материале.

Почему в СССР был дефицит продуктов

В пятидесятые годы прошлого столетия дефицит продуктов в Советском Союзе исчез ввиду того, что удалось восстановить сельское хозяйство после Второй Мировой войны. Однако восстановление сельского хозяйства было лишь одной из причин, по которой в магазинах с 1952 г. стали появляться различные товары. В первую очередь это удалось благодаря восстановлению баланса стоимости продовольственных товаров и реальных доходов советских граждан.

Данных показателей удалось достичь именно благодаря социалистическому вектору в экономике, ведь согласно ее канонов, баланса достичь легко, нужно лишь высчитать стоимость товаров и процентное соотношение к их потреблению. Также подсчитываются доходы граждан, и оба показателя должны быть эквивалентными. В условиях рыночной экономики баланс определяется рынком при отсутствии сговора между торговыми компаниями и производителями.

После прихода к власти Хрущева в 1953 г. была уничтожена сталинская социалистическая экономика и создан свой вид экономики, который больше привел к проблемам, нежели к достижениям. Дело в том, что начался определенного рода перекос в балансе стоимости продуктов и реальных доходов граждан. В результате того, что доходы у населения возрастали в большем темпе, нежели стоимость товаров, произошел определенный дефицит. Еще хуже ситуация стала при правлении Брежнева, а добили все сторонники перестройки, которые главной целью ставили разрушение социализма. Именно их действия привели к уничтожению экономики.

Именно с брежневских идей и началась перестройка в Советском Союзе. На самом деле он не был плохим руководителем, но из-за его непродуманной политики и популизма произошел непрерывный рост средней заработной платы: с 77 рублей в 1961 г. до 125 руб. в 1971 г; 174 руб. в 1980 г. При этом, стоимость продуктов была неизменной на протяжении почти сорока лет – до 1990 г.

Ошибки и разгильдяйство

Кроме недопроизводства товаров, также была проблема с организацией снабжения, спекуляциями и разгильдяйством на региональном уровне.

В восьмидесятые годы прошлого столетия в газетах начали сообщать о сложных проблемах на одной из товарных станций в Ленинграде. Там склады были заполнены товарами широкого потребления. При этом их было так много, что в СоюзТрансе не могли принимать новые товары, поступающие от фабрик. В итоге железнодорожники перестали подавать вагоны для вывоза товаров.

Нередко своим положением пользовались продавцы, которым удавалось скрывать часть товара, а потом продавать его из-под полы. Добавили проблем и «искусственники», которые создавали видимости дефицита.

Все вышеперечисленные факторы привели к возникновению очередей, ведь жители провинциальных городов всегда хотели приобрести что-либо по приезду в крупные города. В магазинах Москвы и Ленинграда очереди бывали по десять тысяч человек.

Очереди стали для жителей Советского Союза целой наукой, ведь было много пособий по тому, где лучше встать, в какое время, как нужно одеваться, и что делать, чтобы не потерять свое место.

Иногда происходили попытки пройти дальше в очереди при помощи грубой силы. Некоторые объединялись семьями и стояли в очередях посменно, а были и те, кто покупали товары, чтобы продать их подороже.

Дефицит продуктов питания был ликвидирован в январе 1992 г. в течение одной недели. Цены выросли в 5 раз, а к началу февраля 1992 г. – в 10 раз. Народ ходил в магазины не покупать, а на экскурсию, и при этом нервно смеялся. Зарплаты мастера на стройке в 900 руб. в начале февраля 1992 г. хватало на 11 кг вареной колбасы «Юбилейной» по 84 руб. за кило. Позже эту жульническую махинацию назовут «экономическим чудом», подвигом реформаторов, накормивших Россию, хотя производить продуктов питания стали намного меньше, так как спрос по причине высоких цен на них многократно упал.

Советский продовольственный дефицит

Почему в советском союзе был дефицит продуктов? Хватало ли продуктов (продовольственных товаров) в СССР? Что принесла перестройка в сфере продовольствия в 80-90х годах в Советском Союзе?

Дефицит продуктов питания в Советском Союзе пришелся на восьмидесятые годы. То есть совпал со временами правления Михаила Сергеевича Горбачева.

Считается, что нехватка товаров в советских магазинах создавалась искусственным образом. Давайте, попробуем разобраться, так ли это?

Итак. Примерно в середине восьмидесятых годов двадцатого века на прилавках магазинов перестали появляться не только деликатесы, но и продукты питания, которые были необходимы для повседневного употребления. И с каждым годом продовольственных товаров становилось все меньше, тогда как спрос на них рос. Единственным исключением в те времена была Москва. Здесь продукты питания не являлись дефицитным товаром. Это привело к тому, что в столицу стали стекаться потоки людей со всего Союза. Причем не только из ближнего Подмосковья, но и со всех советских глубинок. Естественно, «походы в Москву за хлебушком» создавали определенные неудобства. В результате граждане стали испытывать недовольство таким положением дел. Причем недовольны были не только москвичи, но и жители соседних регионов. Таким образом «перестройка» добилась еще одного аргумента в свою пользу. Первым аргументом были сталинские «репрессии», которые якобы повально проводил вождь одного из самых великих государств. Что же произошло? Почему продовольственные товары перестали появляться? Ведь на протяжении многих лет главам государства удавалось прокармливать население.

Похожий материал: Был ли дефицит колбасы в СССР

Существует мнение, что еще за долго до этих событий была создана некая «пятая колона», которая занималась внедрением в сознание советских граждан негативное отношение к социалистическому строю и тем, кто стоял во главе государства. В том числе эта самая «пятая колона» занималась и продовольственным вопросом. Иными словами, она искусственно создавала дефицит продуктов питания. Обратимся к статистическим данным, которые гласят, что с конца шестидесятых и до середины восьмидесятых в стране никаких проблем с продовольствием не наблюдалось, на улицах городов не было видно людей, которые бродили в поисках пропитания. Более того, с каждым годом количество продовольственных товаров росло. И вот, резко, как раз тогда, когда к власти пришел знаменитый Михаил Сергеевич Горбачев (все та середина восьмидесятых), начался спад продуктов, прилавки в гастрономах начали опустошаться. В 1987 году, если сравнивать его с 1980 годом, то производство продуктов питания вырос на 130%, в мясной области эта цифра составила 135%, рыбной – 131%.

Для чего же, с какой целью была вызвана острая нехватка продуктов питания? Все дело было в наваре и получении прибыли. Посудите сами, чем меньше товара, тем дороже он стоит. А чем дороже продаешь товар, тем больше прибыли получаешь в свой карман. Вот и получается, что товаров стало меньше, они стали дорогими, а прибыли высокими. А Советская власть была непреодолимым препятствием для реализации данной цели. Она мешала построению капиталистических отношений, которые могли сделать глав государства богатыми и подарить им неограниченную власть.

Какие же продукты были в дефиците?

Да практически все! Мясо, рыба, хлебобулочные и колбасные изделия, всевозможные деликатесы и даже фрукты с овощами, а также молочная продукция. И даже спиртные напитки, особенно водка, стали дефицитом. А это еще больше озлобило граждан против советской власти. Ведь они не просто голодали, они не могли запивать свое горе спиртными напитками. Отсюда и вошло в моду употребление тройного одеколона, который, кстати говоря, тоже постепенно стал исчезать с прилавков магазинов.

Такое положение дел наблюдалось не только в продовольственной области. Невозможно было найти даже канцелярские товары! Нехватка товара наблюдалась и в бытовой технике, автотранспорта, людям перестали выдавать квартиры.

Таким образом, дефицит товаров повлек за собой и проблемы с квартирным вопросом. Следует заметить, что этот вопрос остался неразрешенным и по сей день. Стала в моде продажа из под полы. То есть продавцы стали прятать дефицитный товар и продавать его втридорога. Их целью был тот же самый навар.

И если верить статистическим данным, то продовольственной продукции к концу восьмидесятых годов прошлого столетия должно было хватить с излишком на каждого советского гражданина. Однако этого не произошло. А вот после распада Союза, прилавки продовольственной продукции сразу же стали валиться от избытка товаров. Все это то и наводит на мысли о продовольственной диверсии, которая была выполнена организаторами на пять с плюсом. Таким образом, можно сделать вывод, что дефицит товаров в Советском Союзе был всего лишь ступенькой для достижения вполне определенной цели.

Как создавался искусственный дефицит в Перестройку

Дефицит товаров в СССР создавался намеренно. Во времена работы Лужкова на посту обеспечения Москвы продуктами (он был тогда «начпродом» Москвы) в газетах появилась статья за его подписью, что, мол, мяса в Москву мы могли бы поставить и значительно больше, до полного удовлетворения спроса, но «фронт выгрузки» рефрижераторных секций не позволяет. Ибо не хватает «подъездных путей», холодильник не успевают выгружать и т.п. Это была полная «бредятина» для знающих, но довольно убедительно для людей, в этой области несведущих.

Еще задолго до 1991 года была создана и работала «пятая колонна», постепенно внедряя в сознание людей неуважение к социалистическому образу жизни, создавая порой искусственные проблемы. Велась не только антисоветская пропаганда, использовавшая определенные трудности социалистической системы, но и скрытая до поры до времени подрывная деятельность.

Одним из направлений нагнетания социального напряжения в обществе стало искусственное создание проблем с обеспечением населения товарами народного потребления, в первую очередь — продовольственными. С середины 80-х годов прошлого столетия во многих городах и населённых пунктах с прилавков магазинов постепенно исчезали не только деликатесы, но и продовольственные товары повседневного спроса. Этот процесс нарастал из года в год.

Читайте также:  Почему нельзя наступать на могилы на кладбище и что будет, если нарушить запрет

Дефицит был создан искусственно, причем не на стадии производства, а в сфере распределения. Цель — создание социальной напряженности в стране. Впрочем, наше поколение помнит передачу «600 секунд». В ней в 1990 году были показаны убедительные репортажи о том, как уничтожались колбасы, сливочное масло и другие ставшие в ту пору дефицитными продукты. В одной из публикаций факты уничтожения продуктов питания с целью создания дефицита в столице признавал бывший мэр, а ныне советник мэра Г.Х. Попов. В печати сообщалось, как одновременно были остановлены на ремонт все табачные фабрики и предприятия по производству стиральных порошков.

В 1987 году объем производства пищевой продукции по сравнению с 1980 годом вырос на 130%. В мясной отрасли прирост производства по сравнению с 1980 годом составил 135%, в маслосыродельной — 131%, рыбной — 132%, мукомольно-крупяной — 123%. За тот же период численность населения страны увеличилась всего на 6,7%, а среднемесячная заработная плата по всему народному хозяйству возросла на 19%. Следовательно, производство продуктов питания в нашей стране росло опережающими темпами по сравнению с ростом населения и заработной платы.

Все предприятия пищевой промышленности работали на полную мощность, были обеспечены сельскохозяйственными и другими видами сырья, необходимыми материалами и трудовыми ресурсами. Значит, развитие экономики пищевых отраслей никак не могло спровоцировать появление дефицита продовольственных товаров.

…умело, как перед Февральской революцией 1917 года, организовали дефицит продуктов и товаров народного потребления, вызвав недовольство народа (табачные, мыльные бунты и т.д.).

Саботаж уже тогда был виден невооружённым взглядом, например – одновременно, по всей стране, неожиданно под разным предлогом закрыли все табачные фабрики – отправив рабочих в отпуска. По тому же сценарию создавали искусственный дефицит и по другим продуктам-изделиям – стиральные порошки, мыло, продукты питания и т.д.

Хотя запасы продуктов и товаров народного потребления и были на складах – их запрещали вновь подвозить в крупные промышленные центры, те же что были уже подвезены – не разгружали из вагонов и т.д. В Москве этим саботажем руководили Попов (будущий первый мэр) и Лужков (будущий второй мэр).

К 1991-му в результате «перестройки» и созданной системы двоевластия в Москве (два конкурентных и соперничающих друг с другом правительства – СССР и РСФСР, Горбачева и Ельцина) развал в экономике уже доведён был до полного хаоса. В некоторых регионах начинаются табачные бунты, так как даже по карточкам сигареты не купить. Они просто «исчезли».
Николай Рыжков, в 1985-1990 гг. – председатель Совета Министров СССР, в телевизионной программе «СССР. Крах империи» (7-я серия), показанной 11 декабря 2011 года (канал НТВ) рассказывает, как в стране искусственно создавался этот табачный голод: «Мне звонит Горбачев и говорит: «Вот у меня Ельцин, ты не можешь зайти ко мне?» Я пришёл. А я уже знал, что творится. Несколько дней чуть ли не бунты происходили. Я говорю: «Михаил Сергеевич, а почему вы меня спрашиваете? Вон рядом с вами Борис Николаевич, вот с него и спросите.

Борис Николаевич, я, может, ошибусь, 28 фабрик табачных. Из них 26 остановили на ремонт в один день. Так чего спрашиваете?

Тот (т.е. Горбачев): «Борис Николаевич, на каком основании вы приняли решение остановить практически полностью табачную промышленность республики. Зачем вы это сделали?»

И в самом деле, зачем? Если это не сознательный саботаж и вредительство, то, что это? И всё это делалось новой, уже демократической, властью Российской Федерации ради окончательной дискредитации и ликвидации власти своего соперника, Горбачева вместе с СССР, и для захвата единоличной власти через развал страны.

А вот, что говорит в этой же программе Юрий Прокофьев, в 1989-1991 гг. — 1-ый секретарь Московского городского комитета КПСС: «Есть документ: выступление Попова на Межрегиональной депутатской группе, где он говорил, что надо создать такую ситуацию с продовольствием, чтобы продукты выдавали по талонам. Чтобы это вызвало возмущение рабочих и их выступления против Советской власти». И совершенно чётко: летом 91-го года на подъездных путях к Москве стояли эшелоны с маслом, сыром, мясом, стояли рефрижераторы, которые в Москву не пускали. Но тогда уже власть хозяйственная была уже не в руках партийных организаций».

Николай Рыжков подтверждает (в этой же программе): «Приходили составы с мясом, с маслом. Идут ребята разгружать, как всегда студенты. Им на подходе говорят: «На тебе деньги, уматывай, чтоб тебя и близко не было». И всё. И сплошь, и рядом. Всё делалось для того, чтобы только сделать хуже. Посмотрите – до чего, мол, они вас довели».

Захват власти через создание искусственного исчезновения продуктов в столицах (метод либерально-демократического «голодомора») – испытанный, проверенный прошлым опытом, приём либеральных революционеров. Точно также через чиновничий саботаж и провокации либералы создавали перебои в снабжении хлебом и другими продуктами в Петрограде, готовясь к свержению Николая II и демонтажу царской системы власти в Феврале 1917 года.

О том, что проблемы с продовольствием и другими товарами в СССР ещё в 1990-м году создавались искусственно, пишет и Михаил Полторанин: «Я встретил в Москве старого знакомого Теймураза Авалиани – его избрали народным депутатом СССР от Кузбасса. (Своё имя и фамилию ему, русскому, дал грузинский солдат, который подобрал его плачущим ребёнком около убитых немцами родителей и отнёс в детдом). Мы зашли с ним на заседание МДГ. Он послушал Гавриила Попова, Анатолия Собчака, Виктора Пальма из Эстонии и сказал: «Нет, это опять словоблудие!» И потянул меня на выход. Там и сообщил новость: кто-то стремится спровоцировать в Кузбассе социальный взрыв. С чего он это взял? Много признаков преднамеренного доведения шахтёров до бунта: задержка денежных средств, запрет на выдачу спецодежды и другое. Но особенно показательно исчезновение товаров с прилавков магазинов. Сначала не стало мясной и молочной продукции, хлебных изделий. Народ загудел. Потом не стало постельного белья, носков, сигарет, лезвий для бритья. А потом исчезли с прилавков чай, стиральный порошок, туалетное и хозяйственное мыло. И всё это в течение короткого времени. Шахтёрам стало нечего есть и нечем умываться.

Опытный Авалиани заподозрил что-то не то. И с группой депутатов проехал по кожевенным заводам. Склады забиты мылом, на отгрузку в шахтёрские города – запрет. Приехал в Кузбасс председатель Совмина СССР Рыжков, посмотрел на всё, пробурчал: «Так жить нельзя!» И отбыл
восвояси, ничего не решив. Ему сказали: «Если у правительства нет денег, разрешите нам продать часть угля в Японию или Китай – мы обеспечим шахтёров продуктами. На складах угля скопилось около 12 миллионов тонн, он самовозгорелся, уходит в дым. А местные власти решить этот вопрос не имеют права. Но и здесь Рыжков ничего не сделал. Где-то разрешили гнать всё за границу, а шахтёрам подзаконными актами самостоятельность наглухо перекрыли».

Юрий Козенков/Косенков «Схватка за власть»

«Сотни тысяч вагонов оставались неразгруженными, простой одного вагона в сутки стоил 60 рублей, а их было тысячи. С учетом потерь от срыва сроков поставок, ПОРЧИ продуктов в вагонах и их простоев, убытки составили более 8,5 млрд.рублей в год»

«Стратегия напряженности. Недовольство народа разогревалось уже давно. Еще в Брежневские времена. Социальная несправедливость, создание партхозноменклатурой касты неприкасаемых, двойная мораль, взяточничество расцвели пышным цветом уже в середине 70-х годов. Низкое качество товаров и их дефицит порождали в людях сразу букет пороков: делячество, махинации, подлоги, аферы, обвесы, воровство и т.д. Всем хотелось жить лучше, поэтому наиболее слабые душили в себе совесть и мораль, идя на неблаговидные поступки. Постепенно в народе размывались те качества, которые цементируют народ и создают основу для превращения его в нацию. Но ахиллесовой пятой СССР стали железные дороги. Еще в Брежневские времена железные дороги стали работать с большими перебоями, а к приходу Горбачева и вовсе наступил паралич. Дезорганизация работы железных дорог вела к срыву сроков поставки сырья, комплектующих и товаров на десятки тысяч предприятий внутри страны. Увеличение выпуска, железнодорожных вагонов не решало проблемы, так как удар пятая колонна нанесла по самому уязвимому звену на транспорте — разгрузке вагонов. Парализовав разгрузку вагонов, парализовывали и работу железной дороги, так как это приводило к скоплению вагонов, которые забивали запасные пути многих железнодорожных узлов связывающих различные регионы страны…

Буквально за два года ситуация с затовариванием грузов в портах и на железнодорожных станциях, стала критической. Сотни тысяч вагонов с грузами, оставались неразгруженными. В каждом Министерстве СССР были созданы специальные штабы, которые организовывали разгрузку вагонов прибывающих на подведомственные предприятия и докладывали ежесуточно Министрам и в ЦК КПСС. Так например, на заседании коллегии МПС 19 октября 1989 года говорилось о том, что в морских портах скопилось свыше 2.200.000 тонн импортных грузов, кроме этого на пограничных станциях ожидают перегруза 9.180 вагонов и на подходе к границе находится 12.990 вагонов… Перед МПС стоит задача в кратчайшие сроки вывезти из портов 9.000.000 тонн зерна, 500.000 тонн сахара, 950.000 тонн металлов, а также 2.500.000 тонн прочего импорта…

При всем этом нужно иметь в виду, что суточный простой одного вагона только у нас в стране стоил 60 рублей. То есть в пересчете на год, только простои вагонов приносили убытки в 2,5-3,0 миллиарда рублей, а с учетом всех потерь от срыва сроков поставок продукции, до порчи продуктов в стоящих вагонах и их простоев убытки составляли более 8,5 млрд. рублей в год. Газета «Правда» 20 октября 1989 года публикует снимки с железнодорожных товарных станций Москвы, которые забиты вагонами с медикаментами, сгущенным молоком, сахаром, кофе и другими продуктами. Заместитель начальника службы контейнерных перевозок Московской железной дороги О.Войтов сообщал корреспонденту «Правды» о том, что на площадках товарных станций Москвы скопилось 5.792 средне и крупногабаритных контейнеров и около 1.000 вагонов.
Так на станции Бекасово-1 стояли вагоны с импортной мебелью, чаем, обувью, парфюмерией, обоями, трикотажем. На станции Мачихино мертвым грузом лежат мебель, кофе, швейные изделия, ткани, туалетная бумага, обои, инвалидные коляски, кинескопы. На Киевской товарной станции лежат соки, кофе, чай, табак,
болгарские огурцы, овощные ассорти и яблоки из Венгрии, вино, ковры, белье, зеленый горошек, томаты и почти два месяца эти товары не могут попасть на прилавки магазинов. А магазины Москвы в это время пустые и народ кипит от возмущения и ненависти к Горбачевской импотентной власти…

Простые люди возмущенные саботажем и всеобщим бардаком направляли сотни тысяч писем в ЦК КПСС Горбачеву и в Правительство, его премьер-министру Рыжкову. Так С.Машков машинист локомотивного депо в Кунцево-П, крупнейшей товарной станции Москвы, с возмущением писал: «…магазины не ломятся от товаров, а грузы со станции забирают только днем потому, что ночью и в выходные дни склады получателей не работают… на других товарных станциях Москвы ситуация такая же. Каждый день я еду на работу мимо станции Фили и вижу скопление десятков рефрижераторных вагонов с мясом-маслом птицей… Они неделями простаивают без движения.»

В Ленинграде по талонам отпускают сахар и другие продукты, а станция Ленинград-Варшавская забита неразгруженными вагонами. Так в январе 1990 года ежесуточно простаивало по 120 -140 вагонов. Члены рейдовой бригады газеты «Рабочая Трибуна» и еще ряда газет Ленинграда прошли по цепочке от вагонов на железнодорожных станциях до прилавков магазинов и констатировали: «…организованный саботаж». А в
Москве например, сотрудники Института прикладной математики имени М.В.Келдыша, через газету «Московская правда» 18.01.1990 года опубликовали телеграмму, в которой говорилось, что они готовы принять участие в разгрузке вагонов. Но прошло более полумесяца, а они даже не получили ответа из Моссовета куда дали свою телеграмму…
Естественно, что скопление сотен тысяч вагонов с товарами и продовольствием, в том числе импортным, по всей стране автоматически притягивало в себе взоры торговой мафии, которая в тесном альянсе с уголовной мафией начала массовые грабежи этих товаров. Ни у какого МПС не хватило бы сил обеспечить охрану и сохранность грузов в таких гигантских объемах и на такой огромной территории. Количество преступлений на железных дорогах и станциях стало удваиваться почти ежемесячно.

Что уж говорить о том, что такое огромное количество товаров просто некуда было складировать, что безусловно было учтено пятой колонной. Так например, в октябре 1989 года в Ленинграде на путях простаивали 180 вагонов с мясом, но в городе не было необходимого количества холодильных мощностей и складского хозяйства для обеспечения нормального жизнеобеспечения населения. За тридцать лет население города увеличилось вдвое, а емкости хранения продуктов — уменьшились втрое…

Читайте также:  Вышитые татуировки: фото, почему популярен стиль

Такая картина наблюдалась фактически во всех более менее крупных городах Союза. Сигналы «SOS» летели по всей стране и в первую очередь из портов: Ильнчевский порт (чай, кофе, детское белье, масло, стиральные порошки.)

— 71.000 тонн импортных грузов простаивает, так как нет вагонов; Новороссийский порт, только в одном сентябре 1989 г. недополучил от МПС

— 3.200 вагонов для разгрузки грузов; Одесский порт, Таллинский, Рижский…

Отовсюду потоком идут телеграммы: «дайте вагоны», а в это время сотни тысяч вагонов месяцами стоят неразгруженными на товарных станциях. По сообщению газеты «Советская Россия» (18.03.1990 г.) двадцатитонные контейнеры с товарами народного потребления простаивали от 60 до 90 дней. Только за 1989 год МПС не дал только в порты страны свыше 170.000 вагонов. За простой каждого зафрахтованного судна (а их было — сотни) государство платило огромные штрафы в валюте, доходящие до 600.000 долларов. Грубые прикидки ущерба нанесенного стране только ударом пятой колонны по Министерству путей сообщения за период 1988-1990 годов составил около 46 миллиардов рублей или свыше 70 миллиардов долларов США по курсу того времени.

Ситуация, при которой полки магазинов были пусты, а в стране имелись в избытке любые продукты и товары, могла привести только к одному — к бунтам населения, чего собственно и добивалась пятая колонна. В городах страны, в первую очередь в
крупных промышленных центрах, где многочисленный рабочий класс, в Москве и Ленинграде начинаются массовые протесты людей умело переводимые в бунты и беспорядки.

Оригинал взят у kiiskinen в КАК НАЧАЛСЯ ДЕФИЦИТ ТОВАРОВ В СССР
Оригинал взят у vanya_solnzev в КАК НАЧАЛСЯ ДЕФИЦИТ ТОВАРОВ В СССР
Оригинал взят у pbs990 в КАК НАЧАЛСЯ ДЕФИЦИТ ТОВАРОВ В СССР

Как создавали искусственный дефицит всего перед развалом СССР

Категория:СССР

| Опубликовал: svasti asta, посмотрело: 3 575 | QR код страницы

Сейчас отечественные продукты составляют 55 процентов среди продовольственных покупок населения. В догорбачевском Советском Союзе их было более 95 процентов. Продовольственная безопасность государства считается гарантированной при 80 процентах. Если же цифра ниже 50, то враг может брать страну голыми руками.

Да, в благодатные советские времена зеленого горошка, колбасы, сосисок или сыра в регионах не хватало, за мясом по доступным даже студентам ценам надо было стоять в очередях. Но купить на базаре или «достать» из-под прилавка по двойной-тройной цене можно было почти все. Кроме разве что ананасов-бананов и прочих заморских фруктов.

    Алкоголь на время реформ стал самой крепкой валютой.

Даже в 1987 году производство продуктов питания росло опережающими темпами по сравнению с ростом численности населения и заработной платы.

  • Прирост производства по сравнению с 1980 годом в мясной отрасли составил 135 процентов,
  • в маслосыродельной – 131,
  • в рыбной – 132,
  • мукомольно-крупяной – 123.
  • средняя зарплата увеличилась на 19 процентов.

  • Все предприятия пищевой промышленности работали на полную мощность и без перебоев.
  • Но уже в конце 1988 года даже в Москве, откуда жители ближайших городов и командированный люд вывозили все, что могли «достать», появились талоны. Вскоре уже и по ним что-то купить стало почти невозможно. Люди сутками дежурили в очередях, каждые три часа устраивая переклички. Чуть ли не дрались и недоумевали: куда же все вдруг подевалось, вплоть до табака?

    Вывод можно сделать только один: дефицит был создан искусственно, причем не на стадии производства, а в сфере распределения . И лучшее тому доказательство: 1 января 1992 года началась гайдаровская «шокотерапия», а 2 января полки продмагов уже были заполнены. Продукты с каждым днем дорожали иногда более чем на 30 процентов.

    – Есть документ: выступление будущего первого мэра Москвы Гавриила Попова на Межрегиональной депутатской группе, где он говорил, что надо создать такую ситуацию с продовольствием, чтобы продукты выдавались по талонам, – рассказывал Юрий Прокофьев, первый секретарь Московского городского комитета КПСС в 1989 – 1991 годах. – Чтобы это вызвало возмущение рабочих и их выступления против советской власти.

    Юрий Лужков, тогда «начпрод» Москвы, объяснил начавшиеся перебои так. Дескать, «мяса в Москву мы могли бы поставить значительно больше, до полного удовлетворения спроса, но фронт выгрузки рефрижераторных секций не позволяет. Ибо не хватает подъездных путей, холодильник не успевают выгружать».

    Демократов-поповцев умиляла эта бредятина: точно так же, через чиновничий саботаж и провокации, в феврале 1917 года либералы искусственно создавали перебои в снабжении Петрограда для свержения Николая II. Теперь же в Москве создавались комитеты по борьбе с саботажем. Наивные энтузиасты шли в них с простой идеей: рефрижераторные секции с мороженым мясом можно подавать сразу на подъездные пути московских заводов-гигантов.

    Например ракетно-космического им. Хруничева, где трудились около 80 тысяч рабочих, металлургического завода «Серп и молот» и «Москвич» с 20-тысячными коллективами и других. Профкомы все бы распределили, рабочие разгрузили, ан нет. При такой схеме ни один килограмм мяса не попал бы к перекупщикам. Но трудящимся было невдомек: именно этот новый класс торгашей-теневиков взращивали перестройщики.

    С помощью таких ограничений намеренно разжигались сеператистские настроения. Людям внушали, что все их беды из-за соседей.

    В телепередаче «600 секунд» в 1989 -1991 годах регулярно показывали, как грузовики из регионов на подъездах к обеим столицам вываливали «талонные» продукты в канавы, так как их не пускали в город.

    – Приходили составы с мясом, маслом. Идут ребята разгружать, как всегда, студенты. Им на подходе говорят: «На тебе деньги, уматывай, чтобы тебя и близко не было», – вспоминал Николай Рыжков, председатель Совета Министров СССР в 1985 – 1990 годах. Он первым рассекретил, как рвавшийся к единоличной власти Борис Ельцин, чтобы дискредитировать своего соперника Горбачева, в один день остановил «на ремонт» 26 табачных фабрик из 28 существующих! Так в стране исчезли сигареты.

    – Постановлениями правительства на закупку импортной продукции бросили золотой запас Советского Союза, – свидетельствует Михаил Полторанин, экс-министр печати и ярый сторонник Ельцина, ставший зампредом его правительства. – Золото текло за рубеж, а под видом «забугорного» нередко оформлялось «родное». К примеру, в портах Ленинграда, Риги или Таллина суда загружались дешевым фуражным зерном, огибали по морю Испанию с Грецией и приходили в Одессу с «импортной» продовольственной пшеницей по $120 за тонну.

    Дельцы орудовали не таясь. Народ стал выходить на площади, требуя прекратить разграбление страны. Именно этой реакции и добивались демократы всю перестройку.

    * 1 января 1987 года – день зачатия партийно-номенклатурного бизнеса. Ранее монопольные права Минвнешторга и Госкомитета по экономическим связям на экспортно-импортные операции получают сразу 20 министерств и 70 крупных предприятий. Их руководство и исполнители оказываются у госкормушки

    * 28 января 1987 года стартует создание «комсомольской экономики». По всей стране под эгидой ЦК ВЛКСМ образуются Центры научно-технического творчества молодежи (ЦНТТМ). Задача – внедрение новых технологий во все сферы народного хозяйства страны. Это был клондайк для наживы. Не прошло и полгода, Закон о государственном предприятии (объединении) разрешил операцию, за которую прежде бы расстреляли: превращение безналичных денег в наличные.

    Эксклюзивное право на обналичку отдали именно ЦНТТМ. Для грядущего обогащения двух групп будущей деловой элиты: руководства госпредприятий и самих творческих центров.

    За услугу брали от 18 до 33 процентов, из которых пять процентов отчисляли в координационный совет горкома партии. В свою деятельность «комсомольцы» вовлекали родню и знакомых для организации фиктивных временных центров, учитывающих «интерес» директоров.

    Так началась разработка коррупционных схем. Лидировал ЦНТТМ «Менатеп», возглавляемый Михаилом Ходорковским. Его соратниками были Леонид Невзлин и непотопляемый с ельцинских времен Владислав Сурков, ныне помощник Президента РФ. Конкуренты – Владимир Преображенский, будущий вице-президент Инкомбанка и «Вымпелкома», «Вимм-Биль-Данн Продукты питания», Сергей Лисовский, прославившийся «делом о коробке из-под ксерокса» с $538 тысячами наличных. Многие владельцы масс-медиа и землевладельцы.

    * 26 мая 1988 года закон «О кооперации в СССР» дает возможность уже и депутатам на местах создавать кооперативы и совместные с иностранцами предприятия. Преимущественно для вывоза товаров за рубеж с целью накопления валюты. Появляются первые теневики из числа посвященных руководителей контролирующих организаций, ОБХСС, КГБ и других силовых структур, связанных с уголовным миром.

    Но со странами СЭВ, а это СССР, Польша, Чехословакия, Венгрия, Румыния, Болгария, ГДР, Монголия, Вьетнам, Албания, Куба, международные расчеты велись в переводных рублях. Стоимость одного составляла 0,987412 грамма чистого золота. Это была своего рода первая в мире виртуальная твердая наднациональная валюта, не подлежавшая обналичиванию.

    * В 1990 году Горбачев и Рыжков заставляют СЭВ принять решение о том, что торговля будет вестись только в долларах. У стран СЭВ долларов нет. «Выручают» всех МВФ и Всемирный банк.

    Создав спрос на американские деньги, Горбачев лишил свою родную страну рынков сбыта, запланированных доходов и передал США контроль над всей зоной влияния СССР. Что тут же сказалось на продовольственном рынке. Новоявленная буржуазия принялась вывозить с наших складов все – от сливочного масла, рыбы и мяса до круп, сгущенки, сахара и сухофруктов.

    Причем не только в страны СЭВ – в Германию, например, за загранкомандировки и валюту из Башкирии мясо гнали эшелонами, но и в Великобританию, не окученные СССР страны Африки, Индию.+

    * 26 декабря 1991 года СССР перестал существовать. А наутро появился закон «О неотложных мерах по осуществлению земельной реформы в РСФСР». Началась принудительная массовая ускоренная деколлективизация и насаждение в деревне криминального и олигархического капитализма.

    Добавить стоит лишь факт: по экспертным оценкам иностранцы через подставных лиц к 2013 году скупили около 3 миллионов гектаров лучших сельхозугодий нашей страны. На Дальнем Востоке давно хозяйничают китайцы, а в остальной России около миллиона гектаров пашни контролируют или имеют в собственности европейцы и казахстанцы. Хотя официально купля-продажа пашни – запредельный криминал.

    С приходом к власти Владимира Путина дотации в сельское хозяйство несколько возросли. На совещании по аграрной политике 19 мая 2008 года глава государства заявил, что Россия должна стать крупным игроком на мировом продовольственном рынке. И застраховать себя от резких колебаний цен на продукты. Но воз и ныне там.

    Общий долг сельского хозяйства – более двух триллионов рублей. Даже если его простят, без прямых инвестиций, поставки тракторов и другой дорогостоящей техники российское крестьянство, по мнению директора ЗАО «Совхоз им. Ленина» Павла Грудинина, не справится с задачей импортозамещения в продовольственной сфере. Ибо при 25-процентной ставке по кредитам только сумасшедший решится проводить посевную на заемные деньги.

    Минсельхоз признал, что в 2015 году крестьяне массово отказываются от кредитов, однако на конец февраля на проведение сезонных работ выдал на 33 процента денег меньше, чем в прошлом. Закупать минеральные удобрения, семена, средства защиты растений и прочие составляющие посевной кампании не на что.

    Но никакой программы взаимоотношений с аграриями у правительства нет. Государство поддерживает не крестьян, а только банки. При этом в госпрограмме развития села до 2020 года записано, что нам еще нужно добиться, чтобы зарплата в аграрном секторе составляла аж половину от зарплаты в промышленности. Кто из молодых поедет в село вкалывать за такие деньги? Вопрос риторический.

    * В 1990 году за счет Госрезерва покрывалось 50 процентов продовольственных потребностей населения дотационных регионов страны. Израсходованный за год запас сравним с четырьмя годами Великой Отечественной войны. Эта мера предотвратила социальный взрыв. В данный момент запасы Госрезерва могут обеспечить каждого жителя страны всем необходимым в течение трех месяцев.+

    * В 1992 году Россия официально вошла в число полуголодных стран. В среднем житель нашей страны «съедал» только 2040 килокалорий в день. Обоснованная медициной норма – 2600 килокалорий. По классификации Всемирной продовольственной организации питание на уровне 2150 килокалорий означает постоянное недоедание. В СССР уровень среднедушевого потребления составлял 2590 килокалорий, в США – 3350.

    Егор Гайдар очень гордился тем, что с 1992 года на прилавках все было. При этом к 1999 году потребление мяса и мясопродуктов снизилось по сравнению с «голодным» 1990 годом на 44 процента, молока и молочных продуктов – на 47, рыбы – на 51 процент. Результат – больное поколение детей, чье детство пришлось на годы реформ.

    Ссылка на основную публикацию