Сбежал из СССР, спрыгнув с круизного лайнера — как сложилась судьба Курилова Станислава

Этот день в истории: 1974 год — побег Станислава Курилова

13 декабря 1974 года советский океанограф Станислав Курилов совершил уникальный в истории побег из СССР, спрыгнув с борта круизного лайнера в открытом океане. План увенчался успехом — беглец смог вплавь добраться до филиппинского берега.

Станислав Курилов родился в 1936 году в городе Орджоникидзе (ныне Владикавказ). Детство Стасика прошло в Семипалатинске, где еще младенцем он научился плавать. Ребенок оказался очень способным пловцом и в 10-летнем возрасте самостоятельно переплыл Иртыш.

Станислав с детства был неисправимым романтиком и бредил мечтами о путешествиях по разным странам. Чтобы как-то приблизиться к осуществлению своих грез, он даже пытался без документов устроиться юнгой на Балтийский флот.

Однако реальная жизнь устремлениям Курилова не соответствовала. Он буднично закончил школу и пошел в армию, где отслужил химическим инструктором саперного батальона.

Но упорный молодой романтик не отказался от своей мечты — после службы в армии он начал упорно учиться. Станислав изучал социальную психологию в педагогическом институте, окончил мореходное училище, окончил Ленинградский гидрометеорологический институт по специальности «океанология».

После этого работал в филиале Института океанологии Академии наук СССР в Ленинграде, был инструктором по глубоководному погружению в Институте биологии моря во Владивостоке. Он одним из первых в Союзе стал серьезно изучать йогу по самиздатским публикациям.

При этом он постоянно мечтал о тропических морях и погружениях в коралловых рифах, в связи с чем неоднократно пытался добиться разрешения поехать в зарубежную командировку в составе океанографических экспедиций.

Однако ему в этом упорно отказывали по разным причинам, в том числе в связи с тем, что у него жили родственники за границей (его родная сестра вышла замуж за индуса и уехала со своим мужем в Индию, а затем в Канаду).

Поняв тщетность своих попыток легально выехать из СССР, Станислав Курилов стал готовиться к побегу. Эта мысль зрела в нём долго, а нашла выход спонтанно, когда он увидел объявление о круизном туре на лайнере «Советский Союз» в декабре 1974 года.

Тур проходил по маршруту из Владивостока до экватора и обратно и захода в иностранные порты не предполагалось. Последнее обстоятельство означало, что пассажиры не покидали территорию СССР и им не требовалась выездная виза. Курилов смог приобрести билет на круиз и отправился навстречу судьбе.

Решив добраться до берега вплавь и рассчитав по карте оптимальный маршрут, ночью 13 декабря 1974 года Станислав прыгнул с кормы лайнера с высоты более 12 метров. Чудом избежав попадания под винты теплохода, он надел ласты, маску и трубку и вплавь направился к берегу.

По его расчетам, до берега было около восемнадцати километров, что для такого пловца не представляло проблемы. Однако из-за неточной навигации и недооценки местных течений фактическое расстояние увеличилось до ста километров.

Можно считать настоящим чудом, что Курилов не погиб, проведя трое суток в открытом океане без сна, еды и питья, не имея морского снаряжения. Тем не менее он остался жив и выбрался на берег острова Сиаргао (Филиппины). Сам пловец позже объяснял свою невероятную выносливость многолетним занятием йогой.

Филиппинцы доставили Курилова в город Кагаян-де-Оро на Минданао, и информация о его побеге попала в международную прессу. После расследования, проведённого филиппинскими властями, и нахождения в заключении, он был депортирован в Канаду, где получил канадское гражданство.

О его уникальном побеге сообщила радиостанция «Голос Америки», после чего Курилов был заочно приговорён в СССР к 10 годам лишения свободы за измену Родине.

В Канаде Курилов сначала был разнорабочим в пиццерии, потом работал в канадских и американских фирмах, занимающихся морскими исследованиями. Можно сказать, что он наконец осуществил свою детскую мечту, занимаясь поисками полезных ископаемых в районе Гавайских островов, работая в Арктике и проводя океанографические изыскания в экваториальных водах.

Во время одной из рабочих поездок в США Станислав встретился с израильскими литераторами Александром и Ниной Воронель. По их приглашению побывал в Израиле, познакомился там с Еленой Генделевой, на которой женился в 1986 году.

После этого Курилов поселился в Израиле, где стал сотрудником Хайфского океанографического института. В 1986-м израильский журнал «22» полностью опубликовал повесть Курилова «Побег». Отрывки из этой повести были опубликованы в 1991 году в журнале «Огонёк» и принесли автору звание лауреата премии журнала.

Несмотря на то, что Курилов сбежал из СССР, его даже по советским меркам трудно назвать предателем. Ради своей мечты он пошел почти на верную гибель, и всю оставшуюся жизнь посвятил любимому делу. И погиб, занимаясь именно им.

Это случилось 29 января 1998 года во время водолазных работ на Тивериадском озере в Израиле. Освобождая вместе с напарником от рыболовных сетей аппаратуру, установленную на дне, Курилов запутался в сетях и задохнулся, выработав весь воздух. Он похоронен в Иерусалиме на малоизвестном кладбище немецкой общины темплеров.

В 2012 году режиссёр Алексей Литвинцев снял документальный фильм о Курилове «Один в океане». Премьера фильма состоялась на телеканале «Россия-1» 16 декабря 2012 года.

Истории самых громких и необычных побегов советских граждан из СССР

Как утверждала советская пресса и власть, лучше страны для жизни было просто не найти. Однако по каким-то причинам, чтобы вырваться из страны социалистического счастья, люди проплывали сотни километров и угоняли самолеты. Представляем вашему вниманию самые громкие и необычные побеги из Советского Союза.

13 декабря 1974 года Станислав Курилов совершил побег из СССР, спрыгнув с борта лайнера и проплыв около 100 километров.

Курилов работал инструктором по глубоководному погружению в Институте биологии моря во Владивостоке и по профессиональным причинам мечтал выезжать в иностранные командировки.

Однако власти отказывали ему в выезде в том числе и потому, что за границей у него жили родственники: его родная сестра, выйдя замуж за индуса, уехала с ним в Индию, а затем эмигрировала в Канаду.

Филиппинцы доставили Курилова в город Кагаян-де-Оро на Минданао, после чего о его побеге написали международные СМИ. Филиппинские власти депортировали Станислава в Канаду, где он получил канадское гражданство. В СССР Курилову был вынесен заочный приговор: 10 лет лишения свободы за измену Родине. В Канаде Курилов устроился разнорабочим в пиццерию, а вскоре, подучив английский, работал в канадских и американских фирмах, занимающихся морскими исследованиями. Во время одной из командировок в США он познакомился с израильскими литераторами Александром и Ниной Воронель. У них в гостях в Израиле он познакомился с Еленой Генделевой, ставшей его женой. После свадьбы Станислав поселился в Израиле и устроился в Хайфский океанографический институт. Курилов погиб 29 января 1998 года во время водолазных работ: он с товарищем выпутывал оборудование из рыболовных сетей, запутался в одной из них и выработал весь воздух.

6 сентября 1976 года советский летчик, пилотировавший истребитель «Миг-25П», приземлился в Японии, где запросил политическое убежище в США. До этого пилот неоднократно высказывал недовольство условиями жизни летного состава, говорил, что американские летчики заняты по службе меньше, у них не отменяют выходные и график у них не такой напряженный.

В СССР за измену Родине Беленко был заочно приговорен к высшей мере наказания — расстрелу, а в США разрешение на предоставление гражданства пилоту подписал лично президент Джимми Картер. Но, несмотря на это, райской жизни не получилось.

Девушка мечтала сбежать из СССР с 14 лет. Именно из-за этого она и устроилась работать на советский круизный теплоход «Леонид Собинов» официанткой.

27 октября 1970 года 21-летний студент мединститута в Крыму и 20-летний студент керченского филиала севастопольского приборостроительного института, приходившиеся двоюродными братьями друг другу, купили билеты на рейс «воздушного такси» по направлению Керчь — Краснодар. Когда самолет «Морава L 200», рассчитанный на четыре пассажирских места, взлетел в воздух, студенты, угрожая пилотам, приказали им лететь в Стамбул. Самолет удачно приземлился в Турции, но хеппи-энда не последовало.

Студенты сразу же запросили убежища в США, но страна не проявила в их отношении никакого интереса. Они почти год прождали ответа от посольства, когда к ним прибыл корреспондент ТАСС с письмами от родных.

9 октября 1948 года летчики перелетели на бомбардировщике Ту-2 ВВС СССР с авиабазы Коломыя в Австрию. Американские оккупационные власти дали им политическое убежище, после чего Пирогов, найдя литературного агента, стал проводить лекции, писать статьи и книгу. Позже он начал работать на ВВС США, где через три года женился на бежавшей из Австрии соотечественнице.

Незадолго до Олимпиады 17-летний Немцанов, которого воспитывала бабушка, в составе советской сборной выиграл турнир по прыжкам в воду Канамекс (Канада — США — Мексика). Готовясь к Олимпийским играм, спортсмен познакомился с 21-летней прыгуньей из США Кэрол Линднер. Позже пресса утверждала, что молодых людей связывали романтические отношения, которые и побудили Сергея бежать, но отец девушки этот факт отрицал. На Олимпиаде в Монреале Немцанов занял лишь девятое место, однако по окончании Игр с ним встретился сотрудник иммиграционной службы, после встречи с которым прыгун попросил политическое убежище в Канаде. Сам Немцанов вспоминал: «Покатавшись по Монреалю, оказались на вилле в пригороде, а там уже по ТВ вижу, как по всем каналам говорят, что советский спортсмен Сергей Немцанов выбрал свободу, показывают комсорга Ленку Вайцеховскую, как она отбивается от журналистов. Далее появляется некто по имени Джордж и говорит мне: утку уже запустили, обратной дороги нет, подпиши, что ты хочешь остаться здесь, и твое будущее будет обеспечено».

Шахматист бежал из СССР в 1980 году. Годом ранее 32-летний шахматист обыграл Анатолия Карпова и отправился на международный турнир на Кубу. Иванов сбежал от офицера КГБ, с которым возвращался в Россию. Самолет должны были дозаправить в канадской провинции Ньюфаундленд и Лабрадор, где Иванов с карманными шахматами в руках выбежал на взлетно-посадочную полосу и попросил политическое убежище.

10 апреля советское рыболовное судно проходило в 170 километрах от Нью-Йорка, когда отправило на берег сигнал бедствия — одна из официанток находилась при смерти.В нью-йоркской больнице стало известно, что 25-летняя латышка приняла сверхдозу сильных лекарств ради того, чтобы попасть на американский берег. Палена пробыла в больнице 10 дней, где находилась под наблюдением сотрудников советской дипмиссии.

«О серьезности моих намерений говорят те меры, которые я приняла, чтобы попасть на берег и попросить политического убежища», — заявила Дайна. Американские власти принимали решение 18 дней, после чего все же дали девушке убежище.

Дочь Сталина в 1966 году бежала из СССР: 20 декабря 1966 года она прибыла в Индию, сопровождая прах своего гражданского мужа Браджеша Сингха.

Находясь там, она явилась в посольство США в Дели с паспортом и багажом и попросила политического убежища.Аллилуева переехала в США, где опубликовала книгу «Двадцать писем к другу», в которой вспоминала о своем отце и кремлевской жизни. Произведение принесло ей большие деньги и славу, но дальнейшая жизнь не заладилась.

Хоккеист бежал из рушившегося Советского Союза в 1989 году. 20-летний спортсмен ушел из гостиницы в Стокгольме после победного для СССР чемпионата мира и запросил убежища в США. Получив согласие, Могильный присоединился к клубу «Баффало Сейбрз».

Александр говорил, что на побег решился легко. «Кто-то говорил, что я, уезжая, “сжигал мосты” — и от этого мне особенно смешно. Я уезжал из Москвы нищим человеком. Ладно, был бы олигарх — наворовал денег и свалил. Но у меня-то все иначе. Я был натуральный нищий! Я был олимпийским чемпионом, чемпионом мира, трехкратным чемпионом СССР. При этом не имел даже метра жилья. Кому нужна такая жизнь?».

В первой игре в НХЛ Могильный забил шайбу на 20-й секунде матча, а в сезоне 1992/93 стал самым результативным нападающим НХЛ. Сейчас у него двойное гражданство — США и России.

8 марта 1988 года семья музыкантов совершила одну из самых дерзких и кровавых попыток угона пассажирского самолета во время следования по маршруту Иркутск — Курган — Ленинград.

Семья Овечкиных — Нинель и ее 10 детей — вылетела из Иркутска на самолете Ту-154, выполнявшем рейс по маршруту Иркутск — Курган — Ленинград. Официальной целью поездки являлись гастроли в Ленинграде. При посадке в самолет тщательного досмотра ручной клади произведено не было, что позволило преступникам пронести на борт два оружейных обреза, 100 патронов и самодельные взрывные устройства, спрятанные в музыкальных инструментах. Исполнителями захвата выступили Василий, Олег, Дмитрий, Александр и Игорь.

Читайте также:  12 простых привычек, которые укрепят ваш иммунитет

Попытка угона самолета не удалась: самолет приземлился на военном аэродроме и был взят штурмом. При этом погибли в общей сложности девять человек: пять террористов (Нинель Овечкина и четверо ее старших сыновей), бортпроводница Тамара Жаркая и трое пассажиров; ранения и травмы получили 19 человек (двое Овечкиных, два сотрудника милиции и 15 пассажиров). Овечкины похоронены под Выборгом на кладбище в поселке Вещево в немаркированных могилах с номерами.

На свободу через океан. Слава Курилов совершил самый дерзкий побег из СССР

Почти трое суток он провёл в Тихом океане, совершив побег из Советского союза с борта круизного лайнера.

О круизе «Из зимы в лето» Слава Курилов узнал, прочитав объявление в ленинградской газете. Это был декабрь 1974 г. Лайнер «Советский Союз» отправлялся в 20-дневное путешествие из Владивостока к экватору и обратно без заходов в иностранные порты.

Убрав подальше шубы и меховые шапки, советские граждане «ушли в отрыв». Загорали под тропическим солнцем, купались в бассейнах судна. «За дверью каждой каюты – музыка, пьяные выкрики, любовные стоны. Туристы предавались веселью каждый драгоценный день отпуска», – напишет потом С. Курилов. Для виду он принимал участие в общих посиделках, однако сам больше вглядывался в океан, следил за звёздами, изучал корабль. И понял, что прыгнуть сможет только с кормы главной палубы прямо под винт. Опасно. К тому же знал он лишь приблизительный маршрут – лайнер шёл на юг мимо о. Тайвань и Филиппин. Когда корабль будет находиться в открытом океане, а когда близко к берегу – неизвестно. Только на третьи сутки он обнаружил точную карту с датами и принял окончательное решение о побеге.

Побег

Ночью 13 декабря, когда остальные туристы развлекались на танцполе, Курилов взял сумку с ластами, маской и трубкой, прикрыл её полотенцем и пошёл на корму. «Я попросил у Бога удачи – и сделал свой шаг в неизвестность, – напишет он позже. – Всплыл на поверхность, повернул голову и… замер от страха. Возле меня, на расстоянии вытянутой руки – громадный корпус лайнера и его гигантский вращающийся винт!»

Первую ночь он плыл по огням уходящего корабля. Потом, ругая себя за то, что не взял компас, ночью ориентировался по звёздам, а днём сбивался с курса. Гром, молнии, гигант­ские волны, тропический ливень, накатывающая паника, проплывающие мимо акулы и ядовитые медузы-физалии, которые если заденут – будет паралич. На вторые сутки он наконец увидел берег, но сильное течение отнесло обратно, и, казалось, шансов на спасение больше не было. Но Курилов был счастлив! Потому что был он, океан и больше никого вокруг! «Океан дышал как живое, родное, доброе существо. Стоило наклонить голову к воде, и взгляду открывался фантастический фосфоресцирующий мир. » – писал он. Правда, потом появились другие ощущения: «Ноги перестали повиноваться. Сильно горели обожжённые солнцем лицо, шея и грудь. Меня лихорадило и всё больше клонило ко сну. Временами я надолго терял сознание. » Он плыл ночь, день, потом ещё одну ночь, ещё один день. Только на третьи сутки после прыжка, 15 декабря 1974 г., когда он был почти в забытьи, огромная волна выбросила его на берег небольшого филиппинского острова Сиаргао.

«Зачем?» – первое, что спросила у Курилова на плохом английском дочь рыбака, который привёл его в дом. Она не могла понять, зачем надо прыгать с корабля, если можно купить билет и поехать куда хочешь?

Что он мог ей ответить? Что страна, в которой он жил, не отпускала его?

«Славка не был диссидентом, – рассказывает «АиФ» двоюродная сестра Курилова Евгения Литвинцева, – он мечтал о море, о кругосветном путешествии, о свободе. Непонятно, откуда у человека, выросшего в казахстанском Семипалатинске, такая страсть к океану. Он сам научился плавать, в 10 лет переплыл Иртыш, а в 15 уехал из дома в Ленинград устраиваться юнгой на судно. Его не взяли, тогда он пошёл в мореходку, но и тут получил отказ – близорукость. Тем не менее нашёл специальность, связанную с водой, – стал океанологом. Славка был потрясающим! Весёлым, умным, интересным! Он заочно отучился на психолога, штурмана дальнего плавания, стал водолазом, акванавтом – тогда так называли аквалангистов. С юности серьёзно занимался йогой, спал на гвоздях, устраивал 40-дневные голодовки, медитировал. В Геленджике был одним из пяти учёных, которых испытывали в подводной лаборатории «Черномор» на глубине 14 м. Только человек с такой мощной физической и моральной подготовкой смог трое суток без еды и сна продержаться в океане».

«У нас был договор с Жаком Кусто об исследованиях в Тунисе, но проект сорвался. Пошла прахом и экспедиция на атоллы Тихого океана. Целый год я готовил водолазную часть. Но визу снова не дали», – пишет Курилов. Причина – родственник за границей. Его старшая сестра Анжела училась в инязе, познакомилась с индусом, вышла за него замуж и уехала в Канаду. «В личном деле появилась приписка-приговор: «Посещение капстран считаем нецелесообразным», – пишет океанолог. – Меня как будто ужалили. Пожизненное заключение без малейшей надежды на свободу! Выход один – бежать».

Абрис судьбы

Одни считают Курилова героем, другие – эгоистом, который подвёл близких людей, оставшихся в СССР. «Славка прислал мне с Филиппин письмо, в котором описал свой побег. Оно бесследно исчезло. Хотя к нам домой никто из органов не приходил, никаких репрессий не было, – вспоминает Е. Литвинцева. – А вот младший брат Славы Валентин пострадал. Он жил в Ленинграде, работал штурманом дальнего плавания и имел доступ в западные порты. После побега Славу заочно приговорили к 10 годам за измену родине, а Валентина выгнали с работы. От него ушла жена, он бедствовал, начал пить. Его уже нет на этом свете».

В СССР у Курилова также остались первая жена с сыном (они давно развелись и не жили вместе) и вторая супруга, правда, отношения с ней не были идеальными. «Славка был слишком свободолюбивым, не семейным, – говорит Е. Литвинцева. – Но своё личное счастье он всё-таки нашёл, пусть и с третьей попытки. В Израиле он встретил Леночку, с которой прожил 11 лет».

«Из Филиппин Славу отправили в Канаду, к сестре, – рассказывает его вдова Елена Генделева-Курилова. – Сначала он работал в пиццерии, потом в океанографических фирмах в Канаде, Америке, на Гавайях, в Ледовитом океане. Однажды в Америке встретился с израильским литератором Н. Воронель, которая захотела экранизировать историю его судьбы. Фильм не сняли, но Слава оказался в Израиле, и мы познакомились. Весной 1986 г. он приехал сюда навсегда, устроился океанографом в университет г. Хайфы».

29 января 1998 г. учёный занимался водолазной работой и запутался в сетях. Напарник поднял его на поверхность, но было уже поздно. Когда Елене передали вещи мужа, среди них были свежие записи – он до последнего дня вёл дневники. Жена их собрала и издала книгу «Один в океане».

«Для меня смерть Славы была внезапной, страшной, – говорит Елена. – Но для него она стала милостью Божией. Человек, у которого были просто мистические отношения с морем, не мог умереть на больничной койке. Знаете, что сказал писатель Василий Аксёнов, когда ему сообщили, что Слава погиб в Галилейском море? «Какой изящный абрис судьбы». И я с ним согласна».

Вплавь из СССР: самый дерзкий побег, о котором долгое время молчали

Получайте на почту один раз в сутки одну самую читаемую статью. Присоединяйтесь к нам в Facebook и ВКонтакте.

По профессии — океанограф, по натуре — романтик, по призванию — гражданин Вселенной, Слава Курилов был в Советском Союзе объявлен невыездным, но смириться с этим не пожелал.

Пароход “Советский Союз” совершал круиз по Тихому океану из Владивостока до экватора и назад. В связи с тем, что для советских туристов 20-ти суточный вояж проходил без единого(!) захода в иностранные порты, оформление виз путешественникам не требовалось. Для невыездного Курилова участие в этом круизе было единственным способом вырваться за границы СССР и попытаться осуществить свой план бегства из этой страны. В то, что из Советского Союза можно сбежать, не верил никто, никто кроме Курилова.

Круизный корабль, на который Станислав Курилов приобрёл тур, отплыл из Владивостока 8 декабря 1974 года. Он менее всего был приспособлен для побега. Внизу борта закруглялись. Это были цистерны системы пассивного успокоения качки. Кроме того, в эту систему входили подводные металлические крылья шириной около полутора метров. Так что покинуть корабль, прыгнув с борта в сторону, было невозможно. Прыгать следовало только в одном месте, сзади, в бурун за лопастями гребного винта. Что Слава Курилов и сделал ночью 13 декабря, когда корабль проплывал приблизительно в 100 километрах к западу от филиппинского острова Сиаргао.

100 километров он проплыл чуть менее чем за три дня. Благодаря чему выжил? Благодаря своему здоровью? Или умению держаться на воде не хуже мифического Ихтиандра? Или сила воли не позволила ему испугаться и сбиться с пути, заблудиться среди волн? Или помогло правильно выбранное снаряжение? Думается, что все вместе взятое. А еще Славе Курилову здорово везло. Древние греки сказали бы, что полюбил его великий Посейдон. И шторм прошел стороной, не накрыв одинокого пловца огромными волнами. И солнце два дня почти не показывалось из-за туч, так что обгорел Слава самую малость. Плывя, он только едва задел скопление медуз, прикосновение к которым вызывало паралич. И акулы, которых в этих краях масса, обминули Славу. 15 декабря 1974 года под ногами Славы Курилова оказалась твердая земля. Филиппины в дружеских отношениях с Советским Союзом не состояли и беглеца обратно не выдали.

Чуть позже в СССР, где Курилов прожил 38 лет, по поводу его побега заседала комиссия, которая постановила лишить его свободы еще на 10 лет, “за измену Родине”. Но Славу Курилова это уже не волновало, он начал жить и осуществлять все то, о чем мечтал долгие годы – изучал океан, совершал путешествия и экспедиции, в том числе на Северный полюс.

Из книги Слава Курилов «Один в океане»:
« …Всего один прыжок отделял меня от этой влекущей красоты и свободы. Но нечего было и думать, чтобы среди бела дня оставить судно на виду у сотен глаз – мгновенно будет спущена шлюпка. Ночь – время беглецов! Ночью совершаются побеги из тюрем.. .»

Сердце человека рождено быть свободным – надо только иметь мужество слышать его голос.

Станислав Курилов погиб 29 января 1998 года во время водолазных работ на Тивериадском озере в Израиле. Освобождая вместе с напарником от рыболовных сетей аппаратуру, установленную на дне, Курилов запутался в сетях и выработал весь воздух. Похоронен в Иерусалиме на малоизвестном кладбище немецкой общины темплеров.

10 признаков, по которым можно узнать людей, которые родились в СССР заинтересуют, надеемся, и тех, кто родится в Стране Советов, и тех, кто гораздо моложе.

Понравилась статья? Тогда поддержи нас, жми:

Сообщества › Это интересно знать. › Блог › Слава Курилов: Побег из СССР

Друзья, по следам последней моей записи в блоге сообщества отмечу, что всем понравилась статья и многие просили написать еще. Просьбу желающих выполняю! На этот раз никакая техника в руки империалистов не попадет, но тем не менее история одного человека очень интересная. Начинаем!

Декабрь 1974 года. В ленты мировых информагентств попадает сенсационная новость: “Побег из СССР. Гражданин Советского Союза бросился в Тихий океан с борта лайнера”. В сообщении утверждается, что беглец преодолел в открытом океане около ста километров и самостоятельно вышел на филиппинский берег! Этим гражданином оказался Станислав Васильевич Курилов.

Станислав Курилов родился во Владикавказе (Орджоникидзе) в 1936 году, детство провел в Семипалатинске (Казахстан). Там, среди степей, родилась мечта о море. В десять лет Курилов переплыл Иртыш. После школы пытался устроиться на Балтийский флот юнгой. Хотел стать штурманом, но его подвело зрение. Оставался один выход – учеба в Ленинградском метеорологическом институте. Во время учебы освоил акваланг. Получив специальность «океанография», работал в Институте океанологии Академии Наук СССР в Ленинграде, участвовал в создании подводной исследовательской лаборатории «Черномор», работал инструктором в Институте биологии моря во Владивостоке. С самого начала отношения с морем у Курилова были мистические. Он считал его живым и как-то по особому «чувствовал» его.
Со студенчества Станислав Курилов начал активно заниматься йогой, упражнения по которой можно было тогда найти в самиздатовских перепечатках. Он приучал себя к аскетизму, занимался особой дыхательной практикой.
Из воспоминаний друга Александра Драгуна:
Со Славой Куриловым я познакомился в 1972 году в Крыму. Там в поселке Оцевели находился полигон Черноморского отделения гидрофизического института. Со всей страны съезжались туда гидробиологи для проведения подводных исследований. Слава сразу выделялся из общей группы инструкторов по глубоководному погружению. Некоторые считали, что он со странностями. Приучал ученых идти на погружение с чистым желудком, привлекал к занятиям йогой. Сам мог голодать по 40 дней, очищая организм морской водой. По особой системе закалялся.
— У Славы был ритуал: каждое утро он подолгу купался в море голым, — вспоминает Александр Владимирович. — Объяснял это тем, что только так возможно полное слияние со стихией воды. Вместо чая пил отвар из полыни, правда, со сгущенным молоком. И меня приваживал к этому “живительному напитку”. Нагрузки у него были — будь здоров! Но он не давал себе расслабляться, даже когда проводил курс голодания. И прозвище у него в ту пору было подходящее — Йогнутый. Представьте, он не обижался. Наверное, сказывалась армейская закалка. Гидрологи — народ, охочий до посиделок, после работы, естественно. Слава иной раз рассказывал байки из армейской жизни. Ему, невысокому, худощавому призывнику, неслабо доставалось от “дедов”. Там, в армии, он всерьез взялся усовершенствовать свое тело специальными нагрузками и упражнениями. Такая подготовка здорово ему пригодилась во время побега. Собственно, для нас поступок Курилова не был неожиданным. Он никогда не заявлял о своих намерениях, но было очевидно, что человек он свободолюбивый, критически относящийся к существующему строю. Это сквозило в его саркастических комментариях, метких фразах, недвусмысленных шутках.
Однажды во время исследовательских работ сильным течением сорвало океанографическую «вертушку» — прибор, с помощью которого, собственно, и замеряют скорость течения. Штуковина дорогостоящая, да и просто необходимая для проведения исследований. Курилов несколько раз погружался на глубину 50, а то и 60 метров (!), при температуре воды 8 градусов, пока не зацепил крепежную цепь, за которую и вытащил бесценную вертушку.
— Слава частенько был инициатором головокружительных идей, — продолжает Александр Владимирович. — С его легкой руки мы большой компанией отправились в Скельские пещеры. Есть в Крыму такая достопримечательность. Там одним махом он сделал из нас начинающих спелеологов. Потом потащил по Чертовой лестнице в Большой крымский каньон. Мы ощутили себя почти альпинистами. Вообще у меня было такое чувство, что Курилов опекал меня: давал дельные советы, обучал водолазным премудростям. Если честно, считаю его своим учителем.
Расставаясь, Саша и Слава обменялись фотографиями с дарственными надписями. То памятное фото Драгун хранит до сих пор.
После работы в Крыму Саша вернулся в родное Запорожье, откуда был призван в армию, на Северный морской флот. Отслужив, через три года он уехал на Дальний Восток, где по объявлению в газете устроился работать инструктором водолазов в Институт биологии моря ДВО РАН.
— О побеге Курилова я узнал намного позднее самого события. Через общих знакомых долетали подробности его жизни. Я был в курсе, что в Канаде у Славы проживала родная сестра. Полагал, что он осядет именно там. Однако он предпочел любимую им стихию тропических морей.

Читайте также:  Можно ли похудеть, если не есть хлеб и сладкое и на сколько

Когда к научным изысканиям советских ученых проявил интерес сам Жак Ив Кусто, Станислав Курилов попытался добиться разрешения поехать в зарубежную командировку, но ему отказали. Формулировка не оставляла сомнений: «невыездной».
Дело в том, что у Курилова за границей была сестра (она вышла замуж за индийца и перебралась в Канаду), и советские чиновники обоснованно опасались, что Курилов может не вернуться в страну.
Мечтая стать гражданином Вселенной, он отваживается на рискованный шаг — покинуть страну во время морского круиза “Из зимы в лето”.
В декабре 1974 года Курилов прилетел из Ленинграда во Владивосток, купил туристическую путевку, для которой, кстати, не требовалась виза (круиз осуществлялся без заходов в иностранные порты) и ступил на борт пассажирского лайнера под символическим названием “Советский Союз”. Такое совпадение лишь подзадорило потенциального беглеца.

“Мне нельзя показывать тропики, — напишет позднее Курилов в своей книге “Побег”.
— Я чувствовал себя диким зверем, которого собрались в последний раз повести на цепи в его родные джунгли и затем уже навсегда засадить в клетку. Я не смогу вернуться, я не смогу больше быть рабом на галере. Невозможно смириться с тем, что, родившись на этой чудесной голубой планете, ты пожизненно заперт в коммунистическом государстве ради каких-то глупых идей”.

До Цусимского пролива маршрут круиза не обнародовали. Но Курилов времени даром не тратил — изучил теплоход досконально.
Между тем Станислав старательно сливался с толпой отдыхающих, хотя особого желания поддерживать компанию на фоне всеобщего разгула, веселья и беззаботности у него не было.

“Меньше всего лайнер был приспособлен для побега — как хорошая, добротная тюрьма. Линия борта шла от палубы не по прямой вниз, как у всех судов, а закруглялась “бочонком” — если кто и вывалится за борт, то упадет не в воду, а на округлость борта. Все иллюминаторы поворачивались на диаметральной оси, разделявшей круглое отверстие на две части. Я надеялся незаметно отправиться за борт через один из них, но это полукруглое отверстие годилось разве что для годовалого ребенка! Чуть ниже ватерлинии по обе стороны судна от носа и до кормы были приварены подводные металлические крылья шириной полтора метра. Для прыжка с борта нужно было бы разбежаться по палубе и нырнуть ласточкой, чтобы войти в воду как можно дальше от корпуса и этих крыльев. Такой прыжок трудно выполнить с верхних палуб, где есть разбег, — высота их превышала двадцать метров, и на ходу это мог сделать разве только Тарзан.
После тщательного осмотра кормы лайнера глазами будущего беглеца я понял, что прыгать можно только в двух местах: между лопастью гигантского винта и концами подводных крыльев, там, где струя воды отбрасывается от корпуса. Расстояние до воды отсюда было метров четырнадцать. Мне приходилось много раз прыгать в море со скал десятиметровой высоты или с надстроек небольших судов. Но с такой большой высоты… на скорости…”.

Он старался нерегулярно посещать завтраки-ужины, чтобы его не кинулись искать раньше времени. Но больше всего его волновала тайна, которой был окутан маршрут. Лишь на третий день плавания он был “рассекречен”. Карту вывесили в одном из залов лайнера: западная часть Тихого океана с линией пути судна к экватору и обратно, и даже с помеченными датами! Курилов принял эту карту как знамение небес — ведь она помогла ему сэкономить массу времени и усилий по определению курса судна.
Лайнер должен был пересечь Восточно-Китайское море в виду острова Тайвань, проследовать вдоль восточных берегов Филиппинских островов и достичь конечной цели — экватора между островами Борнео и Целебес. В дневное время курс проходил сравнительно близко от берегов, ночью — дальше.
Само собой разумеется, это была приблизительная схема маршрута, и на нее нельзя было полностью полагаться. После тщательного анализа маршрута он совершенно ясно понял, что покинуть лайнер можно будет только в двух точках: вблизи островов Сиаргао или Минданао.
Это должно было произойти 13 декабря 1974 года. Тринадцатое число не самая удачная дата для рискованных авантюр, но выбора у него не было. Весь вечер он старался быть на людях.
“Я вернулся в каюту сделать последние приготовления. Надел короткую майку, узкие шорты, чтобы не мешала ни одна складка, несколько пар носков, необходимых на острых рифах, на шею повязал платок, на случай, если придется перевязать рану. Мысль о спасательном жилете я отбросил сразу — он бы сильно замедлял плавание, да я и не решился бы пронести его на корму. У меня был амулет. Я сделал его сам еще в Ленинграде по способу, взятому из “Книги царя Соломона”, переведенной неизвестно кем и попавшей ко мне из самиздата. Он должен был хранить меня от акул и других опасностей, но его действие ограничивалось только одними сутками.
Письмо или записку я не мог оставить: ее могли прочесть до того, как я появлюсь на корме.
Я присел на койку. С этой минуты я, слабый человек, бросаю вызов государству. В моей жизни никогда не было момента, равного этому по важности.
Я попросил у Бога удачи — и сделал свой первый шаг в неизвестность”.

С точки зрения здравого смысла его шансы добраться до берега живым выглядели весьма сомнительно. Он мог разбиться от удара о воду во время прыжка, утонуть, захлебнувшись от усталости или переохлаждения, его могли сожрать акулы. Не меньшую опасность предвещали прибрежные рифы для утомленного пловца.
“Полет над водой показался мне бесконечным.
Пока летел, я пересек некий психологический барьер и оказался по другую его сторону совсем другим человеком…
Всплыв на поверхность, я повернул голову… и замер от страха. Возле меня, на расстоянии вытянутой руки — громадный корпус лайнера и его гигантский вращающийся винт! Я почти физически чувствую движение его лопастей. Какая-то неумолимая сила подтягивает меня ближе и ближе. Я делаю отчаянные усилия, пытаясь отплыть в сторону — и увязаю в плотной массе стоячей воды, намертво сцепленной с винтом.
Мне кажется, что лайнер внезапно остановился — а ведь всего лишь несколько мгновений назад он шел со скоростью восемнадцать узлов! Через мое тело проходят устрашающие вибрации адского шума, грохот и гудение корпуса, они медленно и неумолимо пытаются столкнуть меня в черную пропасть. Я чувствую, как вползаю в этот звук… Винт кажется мне одушевленным — у него злорадно улыбающееся лицо, меня крепко держат его невидимые руки.
Внезапно что-то швыряет меня в сторону, и я стремительно лечу в разверзшуюся пропасть.
Я попал в сильную струю воды справа от винта, и меня отбросило в сторону.
Затаив дыхание, я старался оставаться под поверхностью воды до тех пор, пока большое световое пятно кормовых прожекторов пройдет мимо. Вскоре наступила полная темнота. Я выбросил ненужное уже полотенце, надел маску с трубкой и сделал несколько глубоких вдохов. Вода была довольно теплой, при такой температуре можно плыть очень долго. Я надел ласты и перчатки с перепонками между пальцами. Сумка стала больше не нужна. Мои часы со светящимся циферблатом показывали 20 часов 15 минут по корабельному времени, я выбросил их позже, когда заметил, что они остановились.
Лайнер стремительно удалялся”.

Корреспондент газеты “Владивосток” Михаил Матвеев был одним из туристов того злосчастного рейса. Он вспоминает, что после того, как обнаружили пропажу одного из пассажиров, праздное настроение с отдыхающих как ветром сдуло. Тут началось что-то невообразимое. И туристов, и экипаж собрали в музыкальном салоне, чтобы пересчитать по головам, сверяя списки. Проверка обнаружила, что один турист действительно пропал, зато оказалось, что на судне полно “зайцев”, так сказать, личных друзей директора круиза Марка Раппопорта. После этого случая Раппопорт будет вынужден уйти из пароходства… и занять должность директора Приморской краевой филармонии. А воспоминания о переполохе с побегом туриста с теплохода “Советский Союз” станут главой в одной из книг Матвеева.
Чуть позже эта история попала на зуб писателю-эмигранту Василию Аксенову, активно в те годы сотрудничавшему с “Голосом Америки”. “Что же это за страна такая, — восклицал в эфире писатель, — если даже смертельная опасность не смогла остановить человека от побега из нее”.
Родственникам Курилова сначала сообщили, что он пропал без вести.
А когда в Союзе стало известно, что он бежал и находится на Филиппинах — об этом передали по “Голосу Америки”, — его заочно судили и приговорили к десяти годам тюрьмы “за измену Родине”.
Курилов провел в океане два дня и три ночи. Он пережил дождь, шторм, длительное обезвоживание. И выжил.
Под конец он не чувствовал ног, периодически терял сознание, видел галлюцинации.
К вечеру второго дня он заметил перед собой землю, но не смог достичь ее: его сносило сильным течением на юг. К счастью, это же течение вынесло его к рифу на южном берегу острова. С волнами прибоя он в темноте преодолел риф, еще час плыл по лагуне и 15 декабря 1974 года достиг берега острова Сиаргао на Филиппинах.
Курилова подобрали местные рыбаки, которые сообщили о нем властям. Станислав был арестован. Почти год он провел в местной тюрьме, но пользовался большой свободой, иногда начальник полиции даже брал его с собой в рейды «по кабакам». Возможно, его посадили бы за незаконное пересечение границы, но его судьбой занялась сестра из Канады. Через год Курилов получил документальное подтверждение, что он беглец, и покинул Филиппины.
Первое время, проживая в Канаде, Курилов был разнорабочим в пиццерии. Позднее работал в частных канадских и американских океанографических фирмах, занимающихся морскими исследованиями и поставками водолазного снаряжения: поиски полезных ископаемых в районе Гавайских островов, работа за Полярным кругом в составе американской нефтяной компании, исследования дна Ледовитого океана, океанографические изыскания в экваториальных водах. Во время одной из рабочих поездок в Америку встретился с израильскими литераторами Александром и Ниной Воронель. Узнав историю побега, Нина загорелась идеей экранизации. Написала сценарий и предложила продюсеру Четвертого канала Би-Би-Си. Сценарий понравился. Снимать решили в Израиле, и Слава получил 1000 долларов аванса на поездку в Израиль в качестве консультанта. Дальше дела с фильмом по разным причинам застопорились, но полученной тысячи Славе хватило на три месяца веселой жизни.
Он вернулся в Ванкувер осенью и тут же заскучал по израильскому теплу, морю и друзьям. (Жил он тогда в чинном респектабельном доме, где у входа висело предупреждение “No pets, no children” — “Никаких животных, никаких детей”.) Вспоминая израильское солнце, Слава разводил костер на балконе и часами слушал восточную музыку, чем крайне поражал соседей.
Весной 1986 года он приехал в Израиль — уже навсегда.
29 января 1998 года Слава Курилов погиб во время подводных исследований в Галилейском море — не выдержало сердце. Ему было 62 года. За день до смерти он на глубине выпутывал из рыболовной сети друга, а в этот день запутался сам. Когда его освобождали от пут, ему стало плохо, а когда вынесли на берег, он скончался.
Похоронен Курилов в Иерусалиме на кладбище темплеров. Жена Славы Елена издала в Израиле книгу его рассказов “Путь”, которую можно расценивать как гимн бесконечной любви к морю и свободе.

Читайте также:  Как одеваться на похороны женщинам и мужчинам

Эгоист, затерянный в океане. История самого необычного побега из СССР

13 декабря 1974 года океанограф Станислав Курилов, стремившийся покинуть СССР, прыгнул за борт круизного лайнера посреди океана.

Одной из самых сомнительных норм, существовавших в Советском Союзе, были жесткие ограничения на право выезда граждан за рубеж. Для того чтобы получить право на выезд в качестве туриста в страны социализма, необходимо было пройти утверждение в целом ряде инстанций. Когда речь заходила о капиталистической стране, ситуация оказывалась в пять раз сложнее.

Еще труднее было тем, кому в силу специфики своей профессии необходимо было сотрудничать с коллегами из-за рубежа. Порой запрет на выезд налагался без объяснения причин, и человек мог годами не знать, почему его занесли в списки «неблагонадежных».

Бывали и обратные случаи. Владимир Высоцкий и Евгений Евтушенко, люди со сложной репутацией и с противоречивыми взглядами, путешествовали по всему миру в свое удовольствие, общались с западными СМИ, вызывая зависть менее удачливых коллег.

Фанат океана

Одни смирялись со статусом «невыездного», другие всеми силами пытались снять с себя клеймо.

В этих условиях возникло такое явление, как «невозвращенцы». Люди, получившие возможность выехать на Запад, принимали решение остаться там навсегда, порвав с Родиной.

История океанографа Станислава Курилова стоит особняком. Пожалуй, никто более не совершал столь странного и опасного побега из Советского Союза.

Он родился в Орджоникидзе, а детство провел в Семипалатинске, где «заболел океаном». Как это стало возможным в краях, максимально далеких от морских просторов, было загадкой даже для родных Станислава. Очевидно, помогли книги. В 10 лет он уже умел переплывать Иртыш, а в 15 отправился в Ленинград, собираясь стать моряком.

Но в юнги его не взяли, в мореходное училище не приняли из-за близорукости. Но Станислав был упрямым человеком. Отслужив армии, он поступил в Ленинградский гидрометеорологический институт по специальности «Океанология».

Курилов был настоящим фанатом океана — он освоил профессии водолаза и аквалангиста, был инструктором по глубоководному погружению в Институте биологии моря во Владивостоке

Помимо этого Станислав самостоятельно изучал йогу, причем добился в ней больших успехов. Ученый с легкостью мог спать на гвоздях, голодать в течение нескольких недель.

Такие блестящие способности позволили ему стать одним из тех, кому доверили испытания подводной лаборатории «Черномор». Курилов с товарищами трое суток провел на глубине 14 метров в районе Геленджика.

«Выход был один — бежать. Куда угодно, но только бежать прочь»

Он мечтал работать за рубежом, тем более что совместный проект Курилову предложил легендарный Жак-Ив Кусто.

Однако все попытки получить командировку за границу заканчивались отказом. Причина, по советским меркам, для такого ответа была: у Курилова в Канаде жила сестра, вышедшая замуж за иностранца.

Кто-то наверху, видимо, решил: если океанографа выпустить, то он уедет и больше не вернется.

В книге «Один в океане», созданной на основе дневников ученого, Курилов описывает, как пришел к мысли о побеге: «В тот день, когда мне уже в который раз отказали в визе для работы на океанографических судах дальнего плавания, мое терпение закончилось. Обычно мне отказывали без указания причин. На этот раз в моем личном деле была приписка-приговор: “Товарищу Курилову — посещение капиталистических государств считаем нецелесообразным”. Меня как будто ужалили. Все во мне взвилось на дыбы. Это уже конечно безнадежно! Пожизненное заключение без малейшей надежды на свободу! Вот тогда-то у меня пропал всякий страх. Очень странно, но на какое-то время я стал свободным. Никакие патриотические обязательства меня больше не связывали. Я почувствовал себя пленником в этой стране, а ведь только святой может любить свою тюрьму. Невозможно смириться с тем, что, родившись на этой чудесной голубой планете, ты пожизненно заперт в коммунистическом государстве ради каких-то глупых идей. Выход был один — бежать. Куда угодно, но только бежать прочь».

Круиз без заходов в порты

Спорить о том, глупые идеи или нет, можно долго. Но правда в том, что Курилова вообще мало что интересовало, кроме океана, и он сбежал бы из любого места, где ему не давали бы заниматься любимым делом.

«Однажды, в один грустный, пасмурный день, я прочел в газете объявление, что через месяц большой пассажирский лайнер идет к экватору с туристами на борту. Никаких виз не требовалось: в течение двадцати дней лайнер будет находиться в открытом океане без заходов в иностранные порты. Круиз назывался “Из зимы в лето”, место сбора туристов — Владивосток», — писал Курилов.

Он сразу для себя решил, что едет в «один конец». Что и как будет делать, до конца не понимал, но был уверен, что справится.

Круиз проходил на лайнере «Советский Союз». «Он был построен в тридцатых годах в Германии и назывался тогда “Адольф Гитлер”. Говорили, что это была личная яхта фюрера», — пишет в своих заметках океанограф.

На самом деле этот лайнер никогда не носил имя Гитлера и не был его личной яхтой. Действительно, СССР немецкое судно досталось в счет репараций, но о его реальном прошлом Курилов то ли не знал, то ли специально изменил его в записках для большего драматизма.

Слишком много «если»

Как бы то ни было, вечером 13 декабря 1974 года Станислав Курилов, покинув веселую компанию отдыхающих, прыгнул в ластах и маске за борт с 14-метровой высоты. Единственное подходящее место для такого прыжка, по мнению ученого, располагалось в районе винтов. Оказавшись в воде, беглец едва не был убит огромными лопастями, но ему повезло.

«С точки зрения здравого смысла мои шансы добраться до берега живым выглядели так: если во время прыжка я не разобьюсь от удара о воду, если меня не сожрут акулы, если я не утону, захлебнувшись или от усталости, если меня не разобьет о рифы, если хватит сил и дыхания выбраться на берег и если к этому времени я все еще буду жив, то только тогда я, может быть, смогу поблагодарить судьбу за небывалое чудо спасения», — так описывал свои шансы ученый впоследствии.

На борту лайнера его отсутствие сразу не заметили, а потом уже было поздно. Да и никто поначалу не мог поверить, что человек в таких условиях мог шагнуть за борт добровольно. Если он, конечно, планирует жить дальше, а не умереть сию минуту.

Курилов умирать не собирался, но испытание, которое пришлось ему выдержать, было не из легких. Его носило в океане больше двух суток. Поначалу он плыл, правда, точно не понимая куда, затем, когда силы стали покидать, он стал заложником волн и течения.

Из Филиппин — в Канаду

Ни один нормальный человек не выжил бы в подобных условиях, проведя более двух суток в океане без воды и пищи. Но океанограф вышел из этой переделки живым — 15 декабря его выбросило на берег филиппинского острова Сиаргао. Курилов полагал, что проплыть придется 18-20 километров, а в итоге получилось 100.

Его доставили в административный центр, где филиппинский чиновник, обхватив голову руками, думал: что ему делать с этим странным русским?

О необычном побеге из СССР написали мировые СМИ, дошли новости и до Родины через «Голос Америки».

В брежневские времена родственников «невозвращенцев» под суд не отдавали, поэтому близкие Курилова в Советском Союзе почти не пострадали. Власти не тронули ни первую жену ученого и его сына, ни вторую супругу, которую он бросил ради побега. Единственным пострадавшим оказался младший брат Валентин. Его, блестящего штурмана дальнего плавания, уволили с работы. Жизнь мужчины пошла под откос…

Что касается океанографа, то после разбирательства и снятия подозрений в шпионаже ему разрешили с Филиппин отправиться в Канаду к сестре.

Израильский рай и смерть под водой

Там он сначала работал в пиццерии, потом в фирме, выпускавшей подводное оборудование, плавал на научных судах в Тихом и Атлантическом океане.

В 1986 году Курилов перебрался в Израиль, снова женился и стал сотрудником Хайфского океанографического института.

В 1990 году в СССР отменили заочный приговор к 10 годам лишения свободы, вынесенный ученому. А в 1991 году отрывки из книги о побеге были опубликованы в журнале «Огонек». Подобного рода герои в ту пору были в почете, и Станислав Курилов стал лауреатом премии издания.

После развала Советского Союза в России всем стало не до странного побега ученого двадцатилетней давности. Родные звали Станислава в гости, но он не ехал. То ли из-за неприятных воспоминаний, то ли чувства вины перед братом, которому сломал судьбу. Валентин рано умер.

Самого Станислава Курилова не стало в январе 1998 года. Во время водолазных работ на Тивериадском озере они с напарником запутались в рыболовных сетях и выбрались, пробыв под водой лишний час, когда в скафандрах почти кончился воздух.

По инструкции, после подобных ситуаций новое погружение может быть совершено не ранее чем через неделю. Но Курилов посчитал, что с ним все в порядке, и снова отправился на глубину уже спустя два дня. Он успел сообщить, что ему плохо. Ученого срочно подняли на борт судна, но помочь не смогли. Самый странный беглец из СССР умер в возрасте 61 года.

Ссылка на основную публикацию